
Живи! Пока тебе живётся!
Устал? Возьми и отдышись!
Упал? Держись за руку друга!
А если друга нет… Молись!
Попросят? Ты отдай, не думай.
Не оценили? Не сердись.
Закрыли дверь? Не возвращайся…
Хотят учить тебя? Учись!
Спешат предать? Не поддавайся!
А предали? Прощеньем мсти!
Открыли душу? Открывайся… Но всё до капли не дари!
Когда-нибудь тебе придётся,
Вернуться к этим всем словам.
Живи! Пока тебе живётся!
А Бог всё видит здесь и там..
Малыш смотрит, как бабушка пишет письмо, и спрашивает:
— Ты пишешь о том, что происходило с нами? А может, ты пишешь обо мне?
Бабушка перестает писать, улыбается и говорит внуку:
— Ты угадал, я пишу о тебе. Но важнее не то, что я пишу, а то, чем я пишу. Я хотела бы, чтобы ты, когда вырастешь, стал таким, как этот карандаш…
Малыш смотрит на карандаш с любопытством, но не замечает ничего особенного.
— Он точно такой же, как все карандаши, которые я видел!
— Все зависит от того, как смотреть на вещи. Этот карандаш обладает пятью качествами, которые необходимы тебе, если ты хочешь прожить жизнь в ладу со всем миром.
Во-первых: ты можешь быть гением, но никогда не должен забывать о существовании Направляющей Руки. Мы называем эту руку Богом. Всегда вверяй себя Его воле.
Во- вторых: чтобы писать, мне приходится затачивать карандаш. Эта операция немного болезненна для него, но зато после этого карандаш пишет более тонко. Следовательно, умей терпеть боль, помня, что она облагораживает тебя.
В-третьих: если пользоваться карандашом, всегда можно стереть резинкой то, что считаешь ошибочным. Запомни, что исправлять себя — не всегда плохо. Часто это единственный способ удержаться на верном пути.
В-четвёртых: в карандаше значение имеет не дерево, из которого он сделан и не его форма, а графит, находящийся внутри. Поэтому всегда думай о том, что происходит внутри тебя.
И наконец, в-пятых: карандаш всегда оставляет за собой след. Так же и ты оставляешь после себя следы своими поступками и поэтому обдумывай каждый свой шаг.
Жила-была пожилая китайская женщина, у которой было два больших кувшина. Они свешивались по концам коромысла, лежащего у неё на плече.
У одного из них была трещина, в то время как другой был безупречным и всегда вмещал в себя полную порцию воды.
В конце длинного пути от реки к дому старой женщины кувшин с трещиной всегда оставался заполненным лишь наполовину.
В течение двух лет это происходило каждый день: старая женщина приносила домой всегда только полтора кувшина воды.
Безупречно целый кувшин был очень горд своей работой, а бедный кувшин с трещиной стыдился своего недостатка и был расстроен, что он может делать только половину того, для чего он был сделан.
Спустя два года, которые, казалось, убедили его в бесконечной собственной непригодности, кувшин обратился к старой женщине:
“Мне стыдно из-за моей трещины, из которой всю дорогу к твоему дому всегда бежит вода.»
Старая женщина усмехнулась. «Ты заметил, что на твоей стороне дорожки растут цветы, а на стороне другого кувшина — нет ?»
На твоей стороне дорожки я посеяла семена цветов, потому что знала о твоём недостатке. Так что ты поливаешь их каждый день, когда мы идём домой.
Два года подряд я могла срезать эти чудесные цветы и украшать ими стол. Если бы ты не был таким, какой ты есть, то этой красоты не было бы и она не оказывала бы чести нашему дому.
Сейчас я расскажу Вам один довольно старый анекдот, который, как и многие старые анекдоты, является метафорой, притчей.
Не спешите читать мой комментарий к этой истории. Постарайтесь подумать над ней сами — на какие мысли, кроме самых поверхностных, она сможет Вас натолкнуть при первом ознакомлении?
Итак, история…
Жили-были три старушки, три старинные приятельницы — Петровна, Васильевна и Патрикеевна.
И вот как-то раз, позвала Васильевна в гости своих подруг и, зная свою старческую забывчивость, повесила в кухне, на холодильнике, записку: «Не забыть напоить гостей чаем»…Очень уж переживала Васильевна за свой склероз. (далее…)
Библейские метафоры и наука? Что может быть общего между ними? Как выясняется, как правило это одно и то же послание, только записанное по разному и приходящее к нам в разное время.
Великий физиолог, исследователь высшей нервной деятельности И.П. Павлов дал следующее классическое определение сознания:
«Сознание представляется мне нервной деятельностью определенного участка больших полушарий,… обладающего известной возбудимостью. В этот же момент вся остальная масса больших полушарий находится в состоянии более или менее пониженной возбудимости» (далее…)
Если бы Господь Бог на секунду забыл о том, что я тряпичная марионетка, и подарил бы мне кусочек жизни, я бы тогда, наверно не говорил все, что думаю, но точно бы думал, что говорю.
Я бы ценил вещи, не за то, сколько они стоят, но за то, сколько они значат.
Я бы спал меньше, больше бы мечтал, понимая, что каждую минуту, когда мы закрываем глаза, мы теряем шестьдесят секунд света.
Я бы шел, пока все остальные стоят, не спал, пока другие спят, я бы слушал, когда другие говорят.
И как бы я наслаждался шоколадным мороженым!
Если бы Господь дал мне немного жизни, я бы одевался просто, поднимался с первым лучом солнца, обнажая не только тело, но и душу.
Боже мой, если бы у меня было еще немного времени, я заковал бы свою ненависть в лед и ждал, когда покажется солнце. Я рисовал бы при звездах, как Ван Гог, мечтал, читая стихи Бенедет-ти, и песнь Серра была бы моей лунной серенадой. Я омывал бы розы своими слезами, чтобы вкусить боль от их шипов и алый поцелуй их лепестков.
Боже мой, если бы у меня было немного жизни… Я не пропустил бы дня, чтобы не говорить любимым людям, что я их люблю. Я бы убеждал каждую женщину и каждого мужчину, что люблю их, я бы жил в любви с любовью.
Я бы доказал людям, насколько они не правы, думая, что когда они стареют, то перестают любить: напротив, они стареют потому, что перестают любить!
Ребенку я дал бы крылья и сам научил бы его летать.
Стариков я бы научил тому, что смерть приходит не от старости, но от забвения.
Я ведь тоже многому научился у вас, люди.
Я узнал, что каждый хочет жить на вершине горы, не догадываясь, что истинное счастье ожидает его на спуске.
Я понял, что, когда новорожденный впервые хватает отцовский палец крошечным кулачком, он хватает его навсегда.
Я понял, что человек имеет право взглянуть на другого сверху вниз лишь для того, чтобы помочь ему встать на ноги.
Я так многому научился от вас, но, по правде говоря, от всего этого немного пользы, потому что, набив этим сундук, я ухожу.
Johnny Welch
Тому прошло недель немало. Я, как обычно, по утрам
Пил крепкий кофе из стакана И слушал радио. А там
Свое, озвучивая мнение, Неспешно говорил старик.
Прислушался и чрез мгновенье Я весь к приёмнику приник.
«…Представьте, что своей работе Вы отдаёте день и ночь.
Одной работою живёте – Из дома вы бежите прочь.
И пусть вам даже платят много, Но, почитайте «Капитал».
За всё с вас спрашивают строго – Здоров, больной или устал.
В любое время могут вызвать Без объяснения причин.
Вы скажете: «По нашей жизни Все так живут, не я один!»
А если вдуматься, в чём счастье? В работе, дружбе иль семье?
В неограниченной ли власти, Или любви на стороне?
Позвольте предложить идею, В которой понял я одно,
Как сохранить то, что имеем, Премножить, Богом что дано.
Давайте вместе подсчитаем: Скажите, сколько мы живем?
Чтоб так, от края и до края. И сколько лет мы наберём?
Так вышло, в среднем – семь десятков, Пять лет добавим – вот он срок!
Получит кто-то без остатка, А кто-то лишку заберёт.
Теперь возьмём все наши годы И сколько будет там недель?
В них всё – победы и невзгоды, В них смех и горечи потерь!
Три девятьсот – считаем дальше, А сколько прожили из них?
Разгульных, мудрых иль лихих. Уж не вернёшь, что было раньше.
Когда я думать стал об этом, Мне было пятьдесят и пять.
Невольно станешь ты поэтом, Чтоб притчу дальше продолжать! (далее…)
Мы сидели на кухне, и дочка моя
Мне сказала, шутя, между делом:
«Вот, проводим опрос на предмет бытия –
Ты бы бабушкой стать захотела?»
«Я б хотела, но это изменит совсем
Твою жизнь навсегда, кардинально». –
«Да, я знаю. Ну что ж, не досплю, не доем»,-
Мне ответила дочь машинально.
Но, ведь это, ну как бы помягче сказать,
Всё не то, не солдата отвага.
Я искала слова, чтобы ей передать
Всю ответственность этого шага.
Я б сказала ей: «Раны от родов твои
Заживут у тебя очень быстро.
Но появится новая рана – любви,
Что даёт лишь одно материнство.
Это рана эмоций, тревоги, стыда
За ребёнка, что ты сотворила.
И про жизнь ты не скажешь уже «Ерунда!»
Никогда не вернёшь то, что было!»
И, какой бы изысканной ты ни была,
Крик ребёнка встревоженный – «Мама!»
Бросить срочно заставит любые дела,
От простых и до денежных самых.
Я хотела сказать, что карьера её
Пострадает с рожденьем ребёнка.
Ведь не раз она будет впадать в забытьё,
Запах чувствуя детской головки.
Я хотела сказать ей, что набранный вес
Можно сбросить диетой, зарядкой.
Но ещё не случалось на свете чудес,
Материнство чтоб сбросить украдкой.
И такая уж важная жизнь для тебя
Нет, не будет столь значимой вскоре.
Ты забудешь про всё, ласково теребя
Эту кроху и в радость и в горе.
Ты научишься, дочь, забывать о мечте,
Делать выбор, чьё счастье дороже.
Не жалеть об ушедшей давно красоте,
Вопрошать философски: «Быть может..?»
Я хочу, чтоб ты знала, что к мужу любовь
Будет та и не та в то же время.
И его ты полюбишь, как будто бы вновь,
Как с тобой разделившим сё бремя.
А ещё я хотела про чувства сказать –
Чувства радости, чувства восторга!
Только женщина-мать может их испытать
И оставить в себе их надолго.
Первый шаг, первый смех, первый радостный взгляд.
Новый день – он как новая эра.
Первый опыт в общении девчонок, ребят,
Непременные поиск и вера!
И скворечник повыше, и мяч во дворе,
Новый Год и поход за грибами.
И рассказы об этом друзьям, детворе,
Как пол-леса протопал ногами.
Я хотела сказать… Но слеза лишь в ответ
У меня на глазах навернулась.
«Ты не будешь жалеть, что взамен слова «Нет»
«Да!» сказала, чтоб жизнь развернулась».
Протянув через стол дочке руку свою,
С нею встретившись, я прошептала:
«За тебя, за себя, за всех женщин молю,
Чьё призвание – просто БЫТЬ МАМОЙ!»
Вообразите, что на вашем кофейном столике приземлился космический корабль (разве размер имеет значение?), в котором находится «Большая Вселенская Энциклопедия». И вы можете, открыв ее, получить ответ на один вопрос. Любой, но всего один. Что это будет за вопрос?
Возможно, вам это предложение покажется глуповатым, но все-таки… Подумайте минутку. Что это будет за вопрос? Спрашивать можно о чем угодно. Запишите свой вопрос в дневник. (далее…)
Прежде чем положить карандаш в коробку, карандашный мастер отложил его в сторону.
— Есть пять вещей, которые ты должен знать, — сказал он карандашу, — прежде чем я отправлю тебя в мир. Всегда помни о них и никогда не забывай, и тогда ты станешь лучшим карандашом, которым только можешь быть.
Первое: ты сможешь сделать много великих вещей, но лишь в том случае, если ты позволишь Кому-то держать тебя в Своей руке.
Второе: ты будешь переживать болезненное обтачивание время от времени, но это будет необходимым, чтобы стать лучшим карандашом.
Третье: ты будешь способен исправлять ошибки, которые ты совершаешь.
Четвертое: твоя наиболее важная часть будет всегда находиться внутри тебя.
И пятое: на какой бы поверхности тебя ни использовали, ты всегда должен оставить свой след. Независимо от твоего состояния, ты должен продолжать писать.
Карандаш понял и пообещал помнить об этом. Он был помещён в коробку с призванием в сердце.